coronavirus
Валентин Коровкин: «Главный совет — не поддавайтесь психозу!»

Послушать некоторых, так пневмония — это главнейшая проблема медицины. И именно связанная с СОVID-19. Мол, вот никогда такого не было! Профессор кафедры фтизиопульмонологии БелМАПО, доктор медицинских наук Валентин Коровкин, более полувека лечащий пневмонии (а также туберкулез, саркоидоз, ХОБЛ и другие болезни дыхательной системы) и видевший воочию такие бичи прошлого, как трахома, бруцеллез, пендинская и сибирская язва, признается: устал от воинствующего невежества. И величает невесть откуда взявшихся «экспертов» не иначе как «оборзеватели». Специально для «СБ. Беларусь сегодня» Валентин Сергеевич разложил тему по полочкам.

Нелегкое воспаление

Пневмония всегда была одной из самых распространенных проблем индустриального общества. Скажем, в США ежегодно регистрируется до 5,6 млн случаев воспаления легких. Есть даже мнение: это шестая по частоте причина смерти в мире. Ведь речь может идти как о самостоятельной болезни, так и об осложнении при инфекции нижних дыхательных путей (при обструктивном бронхите, к примеру), сердечной недостаточности или на фоне различных форм иммунодефицита. Термин «пневмония» объединяет большую группу недугов, каждый из которых имеет свою причину, картину, признаки. Еще легендарный доктор Боткин писал: «У всех воспалений легких одна кличка, а между тем какое разно­образие!» Пневмония может охватывать в легких один небольшой очаг, сегмент или целую долю, быть односторонней или двусторонней, ее способны вызвать пневмококки, стафилококки, стрептококки, микоплазма, хламидия, клебсиелла, грибки... В практике доктора Коровкина был больной даже с пневмонией протейной, то есть вызванной безобидным обитателем ротовой полости!

До изобретения антибиотиков примерно треть всех воспалений легких заканчивалась летально, сейчас абсолютное большинство пациентов выздоравливают, однако 5 процентов погибают от тяжелых форм. В зоне повышенного риска — люди категории 60+ (эту тенденцию медики наблюдают с конца 1980-х).

Валентин Коровкин

Валентин Коровкин
Кстати, резко увеличивается частота пневмоний среди пожилых, и когда они попадают в стационар по поводу другой проблемы. Заболеваемость в этой возрастной группе — от 20 до 44 случаев на 1000 населения, летальность доходит до 33 процентов, а при осложненных пневмониях — и до 50 процентов. Мужчины болеют чаще. Спросите, при чем тут возраст? С годами иммунитет имеет свойство падать, а груз болезней — накапливаться. В какой-то момент защитные силы могут настолько истощиться, что не дадут инфекции отпор. Особенно часто возникают вирусные пневмонии на фоне сердечной либо почечной недостаточности, ВИЧ, сахарного диабета, рака, алкоголизма... А запускают болезнь, как правило, вирусы гриппа, аденовирус, парагрипп и респираторно-синцитиальный вирус. Валентин Коровкин считает: не бывает легких вирусных пневмоний. Ведь вирус, поселяясь в ядре клетки и паразитируя в ней, оказывает на сосуды легких мощное токсическое действие. Они становятся как решето, начинаются кровоизлияния, ткань легкого разбухает, отекает. Конечно, страдает функция дыхания, а если учесть, что вирусные инфекции бьют по организму в целом... В общем, пульмонологи как боролись, так и борются за жизнь таких больных.

Новое? Незабытое старое!

С приходом коронавируса все мы узнали два понятия: «дистресс-синдром» и «цитокиновый шторм» — от них, дескать, и погибают тяжелые больные с СOVID-19. Медицине эти термины отлично известны. По словам Валентина Коровкина, к респираторному дистресс-синдрому приводит множество факторов, но суть одна: легочные структуры настолько повреждены, что невозможно доставить кислород. Отсюда другие названия синдрома — «шоковое», «травматическое легкое». А когда дыхательная система не справляется со своей главной функцией, начинают страдать от недостатка кислорода сердце и головной мозг. Применительно к коронавирусной инфекции дистресс-синдром не является чем-то уникальным: из-за него гибнут и наркоманы, вейперы...

А что касается цитокинового шторма, то он убивал и при испанке 100 лет назад. Вирус гриппа тогда тоже так настраивал иммунную систему, что она, впадая в паранойю, не разбираясь, что к чему, реагировала чрезмерно и в результате переключалась на самоуничтожение. Поскольку что избыточно, то всегда разрушительно. Причем гибли здоровые люди от 20 до 40 лет (обычно это как раз самая защищенная от инфекций группа). С чем имеют дело, как лечить, медики в те времена не знали (это в корне отличает ситуацию 1918 — 1919 годов от нынешней!), в некоторых странах на целый год в знак отчаяния закрыли школы и церкви. И тут грипп исчез. Домутировался до того, что фактически сам себя уничтожил.

Кстати, хлорохин, который нахваливал президент Трамп, — никакое не противовирусное средство, тем более прицельно от коронавирусной инфекции. Он разработан для лечения малярии и не действует на сами вирусы, а блокирует цитокиновый шторм, делая реакцию организма адекватной угрозе.

Доводы разума

Валентин Сергеевич убежден: у нас не повторится ни «итальянский», ни «уханьский» сценарий. Хотя бы по той причине, что в Ухане 11,08 млн жителей на 8491 кв. км, а в Беларуси 9,4 млн живут на площади 207.595 кв. км. Скученность, а значит, риск передачи несопоставимы! Во-вторых, считает профессор Коровкин, к чести нашего здравоохранения, у нас вовремя спохватились и все делали по уму: «Готовились, запасались, перепрофилировали коечный фонд. В помощь — наработки советской системы здравоохранения, которая была заточена на борьбу с эпидемиями. Посмотрите на минскую инфекционную больницу — одноэтажные здания с отдельными входами и выходами. Ничего лучше в мире не придумано! А ведь раньше, когда приезжали иностранные коллеги, они не могли взять в толк: «И зачем вам инфекционка?»

Отчасти Валентин Сергеевич отдает должное новому коронавирусу: заметно у людей выросла санитарная культура. Даже где-то чересчур. Гулять поздно вечером в пустынном парке в маске — это перебор. Как и ездить в собственной машине в маске и одноразовых перчатках. Это уже какая-то фобия. Соблюдайте безопасную дистанцию, ограничьте походы в места массового скопления людей, почаще и правильно мойте руки — вот и все. Кстати, мыло лучше антисептика. Он нужен, если у вас нет возможности вымыть руки. Как у полевых хирургов во время Великой Отечественной войны. У некоторых даже возникла профессиональная болезнь — экзема кожи рук...

И уж совсем никуда не годится пить профилактически парацетамол. Да, это серьезный препарат, известный более 140 лет, признанный ВОЗ жизненно важным и входящий в тройку самых популярных лекарств благодаря своему жаропонижающему и слабому противовоспалительному действию. Но он имеет противопоказания и побочные действия (особенно на фоне приема алкоголя, в том числе возможно тяжелое поражение печени). Может, кого-то отрезвит и такой случай из практики доктора Коровкина. Три года назад он с коллегами вылетел спасать в один из районов молодого мужчину. На месте оказалось, что, когда у него поднялась температура, жена дала детский парацетамол, только в повышенной в несколько крат дозировке. Это дало осложнение на почки, развился нефрогенный отек легких. Вот вам и «безобидное средство».

Кто в доме хозяин?

У человека весом 70 кг насчитывается 30 трлн клеток и около 40 трлн микроорганизмов. Бактерий, микроскопических грибков, простейших, вирусов... Микробов в норме нет только в мочевом пузыре и легких. А в 1 мл слюны, к примеру, — от 1 млн до 1 млрд «экземпляров». То есть мы живем в царстве микроорганизмов и должны смотреть на это философски. Более того, вопрос: кто в доме хозяин? 3 млрд лет назад на Земле жили одни микробы, а человек появился хорошо если 2 млн лет назад. Микробы, грибы, вирусы и т.д. весят половину всего живого на планете. И пока микромир нам диктует, а не мы ему.

Надо понимать: эпидемии будут приходить и уходить. SARS, MERS, «птичий грипп», «свиной» — ситуация повторяется с определенной периодичностью. Пока человек не станет пастухом этого стада микробов и не научится каждую новую заразу моментально прижимать к ногтю. Сегодня, увы, мы знаем о микробах, наверное, 5 процентов от необходимого. Почему кишечная палочка, взятая в космос, стала еще устойчивее к антибиотикам? Потому что она защищалась. Мутируя, обмениваясь клетками, вирус тоже старается выжить в единственной доступной для него среде обитания — живом организме человека или животного.

Профессор Коровкин уверен: с микробами надо жить дружно, даже заботиться о них. А пока нам не удалось их приручить, главный совет — не поддаваться психозу! Ничто не убивает иммунитет так, как печальные мысли.

ВОПРОС РЕБРОМ

БЦЖ поможет?

Иммунная система имеет так называемую Т-память, хранящую информацию о ранее действовавших антигенах. А любая вакцина создает определенную напряженность иммунитета, словно тренируя его. Профессор Коровкин полагает: если человек ни разу в жизни ни от чего не вакцинировался, он в период эпидемии под большим ударом, чем привитый. В этом смысле БЦЖ, конечно, подспорье.

КСТАТИ

Вирус каждые 20 минут удваивает свою массу. В борьбе с ним все зависит от скорости. Потому что иммунная система порой не успевает среагировать на молниеносно протекающую болезнь из списка особо опасных (холера, чума, сибирская язва и др.). И даже если есть современные методы лечения, чтобы подействовал препарат, тоже нужно время.